О графомании



Обратная связь



Зворотний зв'язок



Feedback

графомания

В интернете гуляет текст из десяти пунктов, который якобы помогает отличить графомана от «настоящего» писателя.

По Сети гуляет текст из 10-ти пунктов, который якобы помогает отличить графомана от «настоящего» писателя.

У нас народ склонен свято верить всему, что читает в интернете, но в этих десяти пунктах есть явно неверные пассажи. Предлагаю читателю самим найти этот текст, я же выскажу свои мысли о графомании, и о том, несёт ли она какую-то опасность литературному процессу. 

Во-первых, настоящего писателя отличает от графомана то, что настоящий писатель всегда знает цену тому, что он написал. Конечно, не дано предугадать, как отзовётся слово, и писателю всегда важно получить отклик читателя, например, смеялся ли читатель там, где писатель думал, что читатель будет смеяться и т.п.

Графоман же просит других почитать свои произведения со словами: «Ну вот написалось, конечно, это может быть несовершенно, но почитайте, может быть и неплохо получилось».

Писатель нуждается в критике, но от тех людей, мнение которых для него авторитетно. Кто такие авторитетные люди – об этом ниже.  

Писать можно по-разному, поэтому нельзя считать признаком графомании то, что автор не переписывает по десять раз своё произведение. У кого как получается. Можно написать рассказ за два часа, поставить точку, и рассказ готов, а можно возвращаться к нему годами, и постоянно в нём что-то улучшать.

В сегодняшней ситуации в литературе,  когда никто не ищет новых авторов (читайте мою статью «О пробивании в литературе) нельзя попрекать писателя тем, что он сам себя рекламирует, или как модно стало говорить – «питчингует». Т.е. каждому встречному рассказывает, что он писатель и всячески продвигает своё творчество. Сегодня в литературе действует принцип: «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих».

Нельзя упрекать писателя в том, что он стремится к славе. В конечном счёте, известность – это то, что может позволить жить только за счёт литературного труда. Почти все авторы мечтают о славе, о признании. Поэтому тщеславие – это не то качество, по которому можно отличить писателя от графомана.

Графоманам свойственна также подражательность, они стараются копировать классиков в разных деталях, даже в интонации при публичном чтении. Например, читают стихи с интонацией Беллы Ахмадулиной, с претенциозно-романтическим подвыванием, которое, может быть, и органично у Беллы, но очень комично, когда кто-то пытается его повторить. А настоящий писатель или поэт ищет что-то своё, а не подражает другим.  

Графомания на самом деле не является чем-то плохим, не представляет опасности для литературного процесса. Раз человек пишет, то вряд ли он бандит или убийца, он, скорее всего, человек хороший, образованный. Например, человек прожил жизнь и, как мог, написал мемуары или воспоминания, как правило, их интересно читать, даже если в них много огрехов  с литературной точки зрения. Главное, что этот графоман не претендует на какое-то особое место в литературном процессе. 

Но вот реальную угрозу для настоящей литературы, для появления новых имён представляет институализированная графомания, и это явление я бы хотел описать детальнее.

Литературный процесс не обладает непрерывностью, он идёт волнами: то в каком-то городе или стране появляется плеяда талантливых писателей, потом она уходит в вечность, а на их место новые таланты не приходят. Но свято место пусто не бывает. Его заполняют институализированные графоманы. Конкурсы проводятся, и кому-то на них нужно присуждать первые призы. Появляются авторы, которые на самом деле не создали ничего особо ценного в литературе, но считают при этом себя пупами земли, а вокруг них есть определённая среда, которая их укрепляет в этом мнении. Такие люди всегда были и всегда будут. В конце концов, творчество – вещь очень субъективная, и только время расставляет всех по своим местам.

Плохо то, что институализированная графомания мешает настоящим писателям пробиться. Институализированный графоман никогда в жизни не даст ходу чему-то настоящему, поскольку настоящая литература угрожает его существованию, он собирает вокруг себя других графоманов, готовых ему поддакивать, и всячески превозносить его литературные опусы. Институализированные графоманы сбиваются в стаи, это их такая особенность. Создаются литературные студии, которые ведут графоманы. Есть даже союзы писателей, которые тоже созданы институализированными графоманами.  Это не значит, что все авторы, которые ходят на такие студии, или состоят в таких союзах, – графоманы, отнюдь нет, но важно понимать, что нельзя надеяться, что эти структуры дадут ход чему-то настоящему. Как-то я взял в руки альманах, издаваемый таким подобным «союзом писателей». Я посчитал, – в  альманахе был представлен тридцать один автор, проза и поэзия. Кроме одной поэтессы, читать нечего, одна сплошная графомания. А потом ещё спрашивают, почему массовый читатель игнорирует современную литературу? Вспоминается шутка в исполнении Райкина: «Вот мы идём по Одессе, вот дом, где когда-то жил и творил один Пушкин. Сейчас здесь Союз писателей». 

Ещё одним признаком институализированного графомана является навязчивая идея править чужой текст, часто без согласия автора. Таким способом институализированный графоман утверждается в своём превосходстве над другими. Настоящему писателю это не нужно, так как, он знает себе цену и цену своим произведениям.

Читатель может спросить, ну а что такого вредного в графоманских студиях и союзах писателей, ну не ходи туда, создавай свою студию и т.п. Дело в том, что институализированная графомания претендует на то, чтобы считаться частью литературного процесса, оттягивает на себя внимание прессы и общества. Простая ситуация – журналисты  не утруждают себя поисками новых имён и, если пришла очередь взять интервью у литератора, то они обращаются к тому, чьё имя на слуху, часто к институализированному графоману, таким образом, ещё больше его распиаривая.

А между тем, в Одессе на сегодняшний день нет ни одного литератора, у которого была бы хотя бы всеукраинская известность, какая есть у Жадана, Куркова и других, т.е. нет литературных авторитетов (я не имею в виду здесь детскую литературу, не знаю, какая там ситуация). Т.е. ни у кого нет морального права поучать других авторов, как писать, хотя я уверен, что ни Жадан, ни Курков этим не занимаются, во всяком случае, если их об этом не просят. 

В литературном труде много секретов, можно их открывать самому, а можно поучиться у других, важно, что никто никому ничего не может навязывать, так как всех рассудит его величество время, а оно в этих вопросах медлительное. 

О некоторых тонкостях этой области искусства можно прочитать здесь: http://www.otklick.com.ua/ru/news/o-probivanii-v-literature

Автор: Павел Макаров 

графомания
графомания

Добавить комментарий